TheatreHD: Венская опера: Саломея

В своей постановке режиссёр Сирил Тест смог сделать энергию и сердцебиение Саломеи осязаемыми, показал её душевные травмы крупным планом (буквально – транслируя лица артистов на экране в режиме онлайн) и рассказал семейную историю могущественной династии, внутренние механизмы которой привели к закономерному финалу – краху. Смелое новшество – Тест выводит на сцену сразу трёх Саломей. Взрослая – Малин Бюстрём – голосом и драматически выражает весь тот ужас, в котором живёт героиня; одна из «детских» версий Саломеи – юная балерина Анна Чеснова – ошеломляет пугающе-запоминающейся интерпретацией танца «Семи покрывал». Вдобавок к визуальному ряду и потрясающей музыке Штрауса зрители Венской оперы получили обонятельный аккомпанемент к танцу, созданный знаменитым мастером-парфюмером Фрэнсисом Куркджяном. С колоссальным оркестровым мастерством Штраус изобразил декадентскую, душную атмосферу королевского двора, на совести которого загубленное детство Саломеи, смело взорвал как музыкальные, так и моральные концепции своего времени, обнажив психологические проблемы героев. В энергичном, тонком исполнении Филиппом Жорданом партитуры, перескакивающей от одной тональности к другой, от резких ударных к солирующим инструментам, проявляется вся противоречивость и контрастность музыки и сюжета. Французский режиссёр Сирил Тест представляет оперу «Саломея», во времена Штрауса запрещённую цензурой к показу, как нечто большее, чем просто трагедия. Молодая женщина, которую преследует один могущественный мужчина и отвергает другой, мстит за себя, запустив цепь событий, в результате которой один гибнет, и смерть второго тоже не за горами, но в процессе погибает сама. Тест переносит действие из древней Палестины времён римской оккупации на некий блестящий светский раут, чем смещает фокус на один из аспектов пьесы: как семья наносит травму психике четырнадцатилетней девочки. Видеопроекции на задник сцены демонстрируют крупные планы лиц и жестов. Шведская сопрано Малин Бюстрём – «главная звезда, на которой держится вся опера, драматически и вокально… […] Она показывает нам раздираемую противоречиями женщину, которая оказалась в ловушке между двух мужчин». (Wiener Zeitung)