Песни из классических кинофильмов – страсть Йонаса Кауфмана на протяжении всей его жизни: «Я, естественно, очень восприимчив ко всем вокальным номерам, которые звучат в саундтреках по всему миру, поэтому мне было особенно приятно рыться в сокровищнице киномузыки в поисках самых красивых произведений». В программе нового концерта – популярные хиты, начиная с эпохи Веймарской республики («Я целую вашу руку, мадам» / «Ich küsse ihre Hand, Madame» 1929 года) и заканчивая саундтреком из «Гладиатора» (2000). Каждый найдёт здесь свою любимую мелодию. Небольшой, но очень приятный сюрприз от любимого тенора ждёт зрителей в самом конце, после титров! Не расходитесь! Йонас Кауфман – большой поклонник кинематографа и в этом концерте впервые демонстрирует свою любовь к кино на музыкальной сцене. В своей новой программе «Музыка кино» звёздный тенор исполняет лучшие песни из фильмов за всю историю его существования: песни разных эпох и жанров, от Эннио Морриконе и Ханса Циммера до классических мюзикловых хитов, таких как «Вестсайдская история» и «Звуки музыки». Этот концерт – музыкальное путешествие по эпохе кино, захватывающее погружение в волшебство кинематографа.

К 500-летию с года смерти Иеронима Босха всемирно известный Музей Прадо в Мадриде заказал режиссёру Хосе Луису Лопес-Линаресу фильм о бесспорном шедевре из музейного собрания – триптихе «Сад земных наслаждений». Бесчисленные тайны, спрятанные в этом произведении, в фильме разгадывают искусствоведы и писатели, музыканты и философы. В фантазийном мире, созданном художником, «Сад земных наслаждений» занимает особое место: это образ целого мироздания, ведь на разных створках изображены и создание Богом мира и человека, и земные удовольствия, и пугающие картины адских мук. Съёмки проходили на юбилейной выставке Иеронима Босха в Прадо и в музейном «закулисье»: в фильме вы увидите уникальные кадры реставрации «Сада земных наслаждений» и даже то, как осуществлялось рентгенографическое исследование триптиха. Кураторы и реставраторы рассказывают о контексте эпохи и об уникальности фигуры Босха в истории искусства. Спикеры, среди которых писатели Орхан Памук и Салман Рушди, оперная дива Рене Флеминг и композитор Людовико Эйнауди, проводят неожиданные параллели с другими произведениями и даже видами искусства и рассказывают о том, какое влияние Босх и причудливые, фантастические и подчас страшные образы «Сада земных наслаждений» оказали на их творчество.

В исполнении солистов, хора и оркестра musicAeterna Реквием Верди словно возвращается с концертной эстрады в храмовое пространство Семь частей Реквиема становятся ступенями на пути к постижению таинства смерти, оперный характер оркестрового и вокального письма (композитор писал Реквием одновременно с «Аидой») обретает строгость католической традиции, а музыкальные образы ярости, отчаяния и бунта против неизбежного конца увенчиваются умиротворением. Самую известную траурную мессу после Реквиема Моцарта ещё в XIX столетии называли «оперой в церковных одеждах». Реквием Верди до сих пор звучит преимущественно в театральных и концертных залах. Однако сам автор предназначал это сочинение для исполнения в церкви, причём по особым поводам. В 1868 году спустя всего несколько дней после кончины Джоаккино Россини Верди предложил двенадцати итальянским композиторам написать 12 канонических частей заупокойной мессы и исполнить этот коллективный реквием в годовщину смерти Россини в церкви Сан Петронио в Болонье. Замысел, как известно, не был воплощён. Сам Верди написал финальную часть мессы Libera me, спустя год заявил, что напишет весь реквием целиком, но отложил работу на несколько лет. В 1873 году скончался писатель и поэт Алессандро Мандзони, и Верди решил посвятить Реквием ему. Согласно воле композитора премьера состоялась в годовщину смерти одного из лидеров итальянского Рисорджименто в церкви Сан Марко в Милане. Композитор ведёт слушателей от трагического пролога Requiem е Kyrie через картины страшного суда в самой крупной, состоящей из девяти разделов части Sequentia (Dies irae) к созерцательному Офферторию. Вслед за мощной жизнеутверждающей двойной фугой Sanctus звучит нежная лирика Agnus Dei и Lux aeterna. Верди напоминает о смятении и ужасе в заключительной части Libera me, но завершает Реквием прозрачным мажорным аккордом, буквально воплощающим lux perpetua – свет вечный.

Симфонии для Малера всегда были возможностью говорить о самых глубоких и волнующих его вопросах бытия, размышления вербальные размышления о которых не приводят к ясным ответам. Грандиозная пятичастная структура Пятой симфонии вмещает в себя долгий путь от Траурного марша к бурлящему финалу – может быть, наивную в своей окончательности, но искреннюю попытку разрешения трагического конфликта с окружающим миром. Знаменитое Adagietto, четвертая часть этой симфонии – прекрасный и загадочный цветок, который каждый дирижер раскрывает по-своему. Сам Малер, будучи одним из самых влиятельных дирижеров XX века, по-новому увидел эту роль в исполнительском процессе. Управляя исполнениями своих сочинений, Малер-дирижер создавал их в той же мере, что и Малер-композитор. Каждый, кто встает за пульт и открывает партитуру симфонии, заново творит этот музыкальный космос. Теодор Курентзис с оркестром musicAeterna на протяжении многих лет исполняли симфонии Малера на разных сценах, и Пятая стала одним из самых заметных музыкальных явлений в этом ряду. Вместе с Пятой симфонией Малера будет звучать сочинение Алексея Ретинского «Анафора», написанное для того же оркестрового состава и ставшее частью нового проекта musicAeterna, в котором композиторы нашего времени вступают в диалог с великими мастерами прошлого. Ретинский – первый композитор-резидент Дома Радио в Санкт-Петербурге, выпускник Цюрихского университета искусств, а также Университета музыки и исполнительских искусств в Граце (под руководством профессора Бита Фуррера). Произведения Ретинского часто исполняются в концертных залах России и Европы.

1957 год. Небольшая группа местных жителей пытается сорвать космический план Дракулы по превращению населения их маленького городка Марлоу в армию вампиров-зомби.

Талантливая студентка биофака Света проходит практику на станции «Северная», где у нее завязывается короткий роман со взрослым преподавателем Рудиным. Эти отношения разрушают ее личную жизнь и будущую карьеру. Спустя 10 лет девушке предлагают присоединиться к многочисленным обвинениями в харрасменте со стороны Рудина, но, оказывается, она до сих пор его любит и сначала хочет выяснить правду.

Паша учится в Петербурге на инженера-ракетостроителя в престижном университете и мечтает о космосе. Преподаватели считают его большим талантом и прочат успех. Внезапно Паша получает печальную весть из дома и отправляется помогать маме и младшему брату в родной и далекий поселок Шойна, где дома тонут в песках. Но возможно ли отпустить мечту?

«Лебединое озеро» шведского хореографа Йохана Ингера со сцены Дрезденской оперы – мрачная, ироничная и очень современная история о любви, свободе и предательстве. Способность превращаться в лебедей здесь аллегория свободы, аллегория права на собственную жизнь вне клетки, простой или позолоченной. Крылья легко уничтожить и невозможно вернуть, обманом можно удержать любимого, но не счастье, домашнее насилие – страшное зло, но порочный круг может быть разорван. Даже если твою жизнь уже не исправить, ты можешь спасти чью-то ещё. Ингер взял за основу не всем известное либретто, а сказку XVIII века «Украденное покрывало» – ту самую, которая, на самом деле, и была отправной точкой для «Озера слёз». Спектакль – пластический «театр без слов», чьё действие стремительно развивается по спирали, затягивая зрителей в водоворот страстей. Это «Лебединое озеро», не похожее ни на какое другое. Это боль и несовершенство, это зло и предательство, не спрятанные за красивыми образами в пачках и колетах.

Отправляемся в Испанию на поиски тайных смыслов картин и гравюр Франсиско Гойи Сценарист Жан-Клод Каррьер отправляется в своё последнее путешествие. Его путь лежит в Испанию, предмет его исследования — художник Франсиско Гойя, которым он всегда восхищался и которому посвятил свой совместный с Милошем Форманом фильм «Призраки Гойи». Съёмки Испании, картины и гравюры Гойи перемежаются личными воспоминаниями о сюрреалисте Луисе Бунюэле, с которым Каррьер много работал, и размышлениями о вечных темах искусства. Глухота Гойи, война, эмиграция, безумие этого мира, в котором легко теряется «маленький человек», — всё это предстаёт в творчестве художника в зримых образах и делает его нашим современником. Как сказал французский писатель Андре Мальро, Гойя — последний из классиков и первый из модернистов. Режиссёр фильма Хосе Луис Лопес-Линарес и сценарист Жан-Клод Каррьер, на счету которого фильмы «Дневная красавица», «Этот смутный объект желания», «Вальмон» и «Ван Гог. На пороге вечности.», посещают значимые для Гойи места и погружаются в его творчество, чтобы пригласить и нас заглянуть в мир гения.

Юный марсианский принц прилетает на Землю в поисках невесты, чтобы спасти свою древнейшую цивилизацию. Его космический корабль терпит крушение у гробницы Александра Македонского, где археолог Нина ведёт раскопки. Марсианин отчаянно борется с языковыми и планетарными барьерами, чтобы завоевать сердце девушки и возродить жизнь на Марсе.

Путешествие в сознание Леонардо да Винчи, легенды мировой культуры, одного из самых удивительных гениев, каких знает история человечества, создателя «главной в мире картины» – «Моны Лизы». С помощью самых современных технологий в фильме воссоздаются великие произведения мастера.

Не всё то опера, что так называется. Зингшпиль «Заида» – пастиччо, Моцарт написал лишь середину, и сюжет остался загадкой. Каждый постановщик волен выбирать, как эту историю рассказать зрителям. Автор идеи Рафаэль Пишон, восходящая звезда молодого поколения дирижёров в области старинной музыки, идущих по стопам Арнонкура и Гардинера, лейтмотивом своей постановки выбрал борьбу с тиранией, силу истинной любви и, прежде всего, глубинное стремление к свободе. На сцене, в колоссальном пространстве Фельзенрайтшуле – лишь игра света и тени. И люди: барочный оркестр «Пигмалион», известный своими смелыми авторскими интерпретациями, солисты и хор в белых рубашках. Никаких декораций. Это история жестов, движения и пения. Редкий Моцарт (и уже тем заслуживающий внимания), но и всё тот же великий Моцарт, что делает «Заиду» бесценной. Французский дирижёр Рафаэль Пишон и родившийся в Ливане канадский драматург и театральный режиссёр Важди Муавад написали либретто, которое в стиле мелодрамы – разговорный текст в диалоге с хором и оркестром – широкими мазками рассказывает историю Заиды, актуальную и для нашего времени, о стремлении к свободе и о праве на жизнь и на любовь. Предполагаемый классический сюжет о спасении пленников из плена турецкого паши был прочитан в более современной манере. Молодая женщина, Персада (Леа Дезандре), персонаж, отсутствующий у Моцарта, возвращается в тюрьму (ныне музей) в поисках информации о своей матери. Один из бывших охранников, Аллазим (Йоханнес Мартин Крэнцле), рассказывает ей историю Заиды и Гомаца, родителей Персады, и их борьбы со злодеем Солиманом, приспешником которого был Аллазим. В новом сюжете использована вся музыка из «Заиды», расширенная вокальными номерами и хорами. Помимо самой «Заиды» почти целиком звучат моцартовская оратория «Кающийся Давид» и ещё несколько номеров разной степени раритетности (концертные арии, четырёхголосный канон KV 557, музыка из неоконченной Мессы до минор и др.). А обрамляют действие парящие, неземные, хрустальные звуки до-мажорного адажио для стеклянной гармоники. Драматургия спектакля основана на ярком противопоставлении света и тьмы, обмана и истины. Художник по свету Бертран Кудерк, постоянно сотрудничающий с «Пигмалионом», создаёт в обширном пространстве Фельзенрайтшуле чрезвычайно эффектную атмосферу; здесь путь к свободе обозначается как путешествие к свету, как глубокая надежда на примирение.

Джулия — менеджер по маркетингу в компании, где босс не ценит верных сотрудников. Бойфренд Джулии, Раф — свободный художник, который ничего не делает по дому. Ее бывший, Оттавио, собирается сыграть свадьбу, но продолжает отправлять ей сообщения по ночам. А подруга Ванесса нагло пользуется ее безотказностью. Когда на работе появляется 20-летняя блогерша с миллионом фолловеров, 40-летняя Джулия понимает, что ее отодвигают на второй план. Устав от своей бестолковой жизни, она решает: «Начну с нуля!»